Елена, добрый день!

В обеденный перерыв прогулялся до ближайшего торгового центра, где в книжном отделе наткнулся на вашу "Исповедь четырех". Не смогу удержаться и купить, хотя стоила она дороговато (согласитесь, 500 рублей для человека, который практически лишился работы и в настоящее время судорожно ищет новую, это сумма :-) Впрочем, надеюсь, что если цена такая, то и гонорар, который Вы получили за эту книгу, по крайней мере имеет пристойные размеры). Главу про Богушевскую проглотил за час, но, увы, пришлось отвлечься на работу. (Пока совсем не уволился, надо, все же, совесть иметь, согласитесь). С нетерпением жду вечера, когда можно будет прочитать остальное.

Однако, хотел сказать не об этом. Извините, но должен сказать, что Вы - певица не совсем моего формата (ненавижу слово "формат", но тут оно подходит). Наверное, у всех это так - слышишь что-то, а вернее кого-то, и понимаешь, что это талантливо, а может быть и гениально. Но - не твое - просто не затрагивает какие-то струнки в душе.

Но вот ведь какая странная штука - Ирину Богушевскую я знаю (точнее, слушаю)достаточно давно. О том, что есть Елена Погребижская знаю дольше, чем Вы поете (помню по Вашим репортажам). НО - когда я узнал о том, что Вы пишете книжку о трех дамах, одна из которых - Ирина, то вдруг подумалось - а не слишком ли я категориченв своих пристрастиях. Ведь написание книги о ком-то предполагает более тесное общение с героем, соответственно, должно быть некое совпадение интересов героя и автора. Наверное, я несколько поутнанно изъясняюсь, но пытаюсь сказать следующее - как раз после того, когда я узнал о Вашей книжке, возникло желание попробовать послушать что-нибудь из Вашего. Первым диском оказался сборник романсов. Подкупило своеобразие исполнения. Знаете, мне показалось, что при полном отсутствии академичности, вызывающей зевоту (сразу скажу, что романсы я люблю, и льщу себя надеждой, что неплохо знаю), в вашем исполнении они несколько похожи на оригинальное (если можно так сказать) исполнение - Церетели (не помню имени певицы, к сожалению), Варя Панина, etc.

Недавно я задумался. О музыке. Опять. Попытался придумать для себя некую классификацию. Вот что получилось:
1. Люблю - тут все понятно - либо нравится, либо нет. Sarah Brightman. Елена Камбурова, Андреа Бочелли, etc. Список длинный.
2. Не люблю - еще понятнее - "Руки вверх", "Золотое кольцо", etc. Список длинный.
3. Уважаю - не люблю категорически, но только потому, что не моя музыка - хотя понимаю, что талантливо, а порой и гениально. Кто? Кобзон, Гурченко, Земфира. Земфира, правда, сильно рискует перейти в первую категорию, но пока еще не уверен.
4. Ненавижу - Николай Басков - без комментариев, посмотрите на мужское имя в первой категории и сравните.

и категория 5 - или 0, в общем, категория вне категорий. Это та музыка, которая просто есть. Когда-то я ее любил, но потом она вошла в жизнь настолько, что она просто есть. Без этой музыки меня просто нет. Она - часть меня. Могу не слушать месяцами, но это ничего не значит, она просто есть.
Эту категорию нельзя просто услышать и полюбить. До подобной музыки ты доходишь постепенно, дорастаешь.
Александр Вертинский - к роману с Вертинским я шел далекими окольными путями. Началось все с того, что в далеком детстве посмотрел "Королевство Кривых Зеркал". Извиняюсь за грубое слово, но сказочка то паршивенькая. Впрочем, тогда я этого не понимал. Зато я увидел ЕЕ - Анидаг, женщину дивной красоты с царственной осанкой, наверное, так себя могут подать только испанки и грузинки. Я просил у папы, как ее зовут. Ответ - "Лидия Вертинская". Так вот, тогда в память запала фамилия - Вертинская. Она так вкусно перекатывалась на языке. :-) Чуть позже был фильм, кажется, по Джеку Лондону - "Кража". Тоже, кстати, так себе кино. Но там была она - Анастасия Вертинская, дочь Лидии. Сочетание дивной красоты глаз и голоса.
Так или иначе, но фамилия эта засела в мозгу надолго. Следующей ступенью был 1989 год. Александру Вертинскому исполнилось 100 лет. В то время как раз бушевала перестройка, и в связи с грянувшей свободой, наконец-то издали его мемуары. Я увидел книгу на полке у бабушке и узнал, что это муж и отец тех самых Вертинских. И я прочитал эту КНИГУ. Помните это издание? Темно синий том, с надписью "Дорогой Длинною" на обложке?. После мемуаров шли стихи, и затем письма. Сказать, что мне понравились стихи Вертинского - значит не сказать ничего. Я заболел ими. Я не понимал, как можно сказать так много столь простыми словами.
Но... потом я купил его пластинку, и восторги немного поутихли. Хриплая запись, так себе голос (как сказала одна моя знакомая - поет козлетоном). Но, позвольте, мне было всего 15 лет. Наверное, я был просто юн и глуп. Так или иначе, наступила пауза, которая длилась до тех пор, пока мне в руки не попалась кассета Вертинского. Памятуя о былом увлечении я ее купил. А так как "деньги плочены", я заставил себя вставить ее в плеер и прослушать. И заболел опять. Вы слышали “Piccolo Bambino”? Вспомните эту песню. Помните строчку «Вдруг завыл в тоске звериной…». Я был потрясен. При достаточно скромных вокальных данных слово "завыл" он не спел, он провыл его звериным воем. В одном это слове было все содержание песни – рвущую душу тоска по потерянной любви, причем любви несчастливой, любви без взаимности, но – ЛЮБВИ. Именно того чувства, которое вне зависимости от того чувства, взаимно оно или нет, толкает людей на подвиги, на создание шедевров – поэтических или художественных. И, собственно все, процитирую Александра Ф. Скляра – «Александр Николаевич Вертинский forever!». Последний раз я слушал Вертинского месяца три назад, хотя в моем IPOD’е он записан навсегда, и кого бы ни записывал или стирал, Вертинский останется если не навечно, то очень надолго, потому что рано или поздно я опять буду его слушать, просто иначе быть не может....
……….. to be continued……………

Недавно я задумался о музыке. Ой нет, даже не так, о МУЗЫКЕ. Мне вдруг стало ясно, что все деления на поп-рок-классику и иже с ними - не имеют никакого значения. Хотя нет, имеют наверное - для критиков, которые смотрят на картины слегка прищурив правый глаз (или левый) и хекают в кулачок. Для критиков, которые ходят в театр только для того, чтобы потом ругательски обругать постановку, над которой рыдало (или хохотало) больше половины зрителей. Наконец для критиков, которые описывают сценографию и костюмы какой-нибудь певицы или певца несколько забы о наличии или отсутствии качества исполнения. Вспомните Вертинского (цитата по памяти) - "Прекрасно пела госпожа Н, чего нельзя сказать о декорациях - и это правда, декорации молчали".
Кстати (прочем, это в основном мое) - иногда мне кажется, что текст песен зачастую не имеет значения, главное - музыка и голос. Набор неких фонем. Что-то вроде вокализа. Ведь бывает так, что мы слушаем песню, не разбирая слов - например, я у любимого Андреа Бочелли, понимаю примерно десятую часть песен - ну не знаю я итальянского! А ведь насколько сильно может задеть что-то в душе даже не мелодия, не такт, а какой-то один звук, отголосок. Удивительно.

Current Music: Johny (Vaya con Dios)

Tierra Santa de Nuestros Padres
Tierra mia de los Ancianos
Tierra Santa
Tierra mia de Nuestros Padre

Тягучая песня звучит в наушниках – смесь испанских и цыганских мотивов. Чашка крепчайшего приторного кофе – горячий кофейный сироп. Глоток за глотком. Кажется, Татьяна Устинова писала, что «казалось, что кофе прожег дыру в желудке». Странное ощущение. Кажется, что песня, вливаясь в уши, смешивается с кофе и вместе с мыслями, такими же тягучими и медленными, потихоньку утекает в песок, забирая с собой жизнь по капле. Глупости. Все это чушь. Сейчас кончится эта песня. Вот, сейчас, еще немного. НУ! Все… Бочелли спел последнюю ноту. Кофе допит. Ждем следующую песню. Какая она будет? Кто будет петь? Мускури? Кабалье? Брайтман? Забавно, как много зависит от функции shuffle. Шарлота Черч. Just Wave Hello. Нет песни оптимистичнее. Кажется, еще немного, и захочется просто влезть на крышу, раскинуть руки и попытаться обнять весь мир. Песня кончается. Вот уже и на крышу лезть лень… Опять апатия. Пауза. Короткое жужжание плеера. Нана Мускури “Song For Liberty”… Гимн свободе. Хор пленных евреев. Песня льется неторопливо и величаво. Хочется пойти и объединиться с кем-нибудь в борьбе за что-нибудь… Не надо, пусть без меня объединяются… Пусть борются. Мы следующую песню подождем…

Current Mood: depressed